Все о пони

Everypony.ru — это разносторонний портал, посвященный сериалу My Little Pony: Friendship is Magic.

Обсуждение сериала и всего прочего ведется в активной блогосфере — Табуне, и на форуме.

На портале есть своя пони-вики, которую может каждый свободно дописать, постоянно пополняющаяся библиотека фанфиков, аудиокниг и Minecraft-сервер.

Чат размещен в уютной Jabber-конференции по адресу [email protected].

Отправить свой материал для публикации в главном блоге можно через форму обратной связи, или на почту — [email protected]

Если у вас есть необходимость написать администрации сайта или у вас есть предложения, пишите на адрес: [email protected]

Ссылки
  • Донат

Принцесса Селестия и Лето Королевских Волн [Главы 1-6]

3 Июл 2015 by OldBoy в рубрике Рассказы

Мы неоднократно писали о официальных книгах по вселенной My Little Pony: Friendship is Magic, над которыми трудится Дж.М. Берроу, но практически ни разу не выкладывали отрывки из них (для интереса можете ознакомиться с первой и второй главой из книги о Дейринг Ду). И вот, стараниями пользователя ya-RInA, мы можем прочесть первые шесть глав из книги «Princess Celestia and the Summer of Royal Waves» — найти их можно под катом.

Двум наиволшебнейшим кобылкам — Арабелле и Беатрис

Глава первая. Рассвет над Кантерлотом

Солнечный свет многоцветными осколками падал на пол дворца, смягчая своим теплом пестроту камней. Нежная рассветная дымка всегда была любимым временем принцессы Селестии. Не только потому, что она отвечала за восход солнца. Рассвет был для нее мирным и спокойным обещанием волнующего дня, ожидающего всех пони по всей Эквестрии. Сегодня будет прекрасный рассвет.

Селестия повернулась к солнцу и сфокусировала свою магию. Она понаблюдала за продвижением золотой сферы, взбирающейся на небо, а затем с сосредоточенным вниманием художника, создающего великое произведение искусства, вновь переключилась на узор на полу. Несмотря на то, что эту картину принцесса рисовала каждое утро на протяжении сотен лун, она каждый день уделяла ей одинаковую долю внимания. Это были ее честь и ее долг.

Кусочки цветного стекла в центре главного сводчатого окна изображали новую принцессу Эквестрии – исключительно одаренную юную студентку по имени принцесса Твайлайт Спаркл. Новая королевская особа, пять ее подружек — пони и помощник-дракон, чьи изображения также были увековечены в стекле, уже не раз защищали Эквестрию от опасности. А сейчас они с успехом распространяли истинный дух Элементов Гармонии и заодно магии дружбы по всем ее землям. Прежде чем стать друзьями, Твайлайт Спаркл, Рэйнбоу Дэш, Рэрити, Пинки Пай, Эпплджек, Флаттершай и Спайк прошли долгий путь. Селестия сияла от гордости всякий раз, когда юные герои удостаивались ее мыслей, или если их изображение на окне привлекало ее внимание.

Рельефный фрагмент фиолетового стекла в окне бросал отблеск в форме звезды на плитку в центре пола, и это говорило о том, что утренняя церемония была почти завершена. Селестия закрыла свои миндалевидные глаза, темные ресницы резко выделялись на фоне белизны ее скул. Она собрала каждый дюйм энергии в своем теле. Селестия чувствовала, что вся она — от позолоченных накопытников и до кончиков развивающейся гривы лавандового, бледно-зеленого и барвинково-голубого цветов — искрится от магической энергии, которая вырывается из самого кончика ее длинного перламутрового рога. Когда Селестия вновь открыла глаза, солнце уже достигло своей высшей точки на небосклоне. Мир был светел.

Gratias ad solis ortum, [Благодарю за восход солнца — лат.] — продекламировала принцесса, низко поклонившись солнцу. — Благодарю за возможность вести тебя, и за еще один день света.

— Красивая работа, сестра.

— Спасибо, Луна, — улыбнулась, не оборачиваясь, Селестия. — Думаю, что этот восход был особенно плавным.

— На самом деле так и было, — принцесса Луна сдержала зевок, делая шаг по направлению к старшей сестре. Богатая бархатная темнота синей шкуры Луны сильно контрастировала с бледно-перламутровым цветом Селестии. Она отражала цвета небес, которые они обе охраняли. Свет и тьма. Ночь и день. Но принцессы не так уж сильно отличались друг от друга, ведь в дополнение к подъему солнца и луны обе они управляли Эквестрией, защищая ее жителей от зла.

— Ты выглядишь более уставшей, чем обычно, Луна, — обеспокоено нахмурила лоб Селестия, когда ее сестра зевнула еще раз. — Выдалась беспокойная ночь?

— Я должна признаться, — ответила Луна с глубоким вздохом. — Я чувствую, что ночь под угрозой.

Она указала копытом в направлении восточного окна тронного зала:

— Опасность на побережье.

— Побережье? Расскажи мне, сестра, — призвала Селестия. — Что случилось? Я должна сегодня чему-то уделить внимание?

Произнося эти слова, Селестия старалась сохранять спокойствие. Возможно, потому, что за время ношения короны она на протяжении сотен лун имела дело с различными опасными ситуациями. А возможно, потому, что знала: паника — это кратчайший путь к тому, чтобы пустить решение проблемы под откос. Выходом были глубокое дыхание и твердый голос. Всегда сохраняй самообладание, и все окружающие последуют твоему примеру.

Принцесса Луна покачала головой. Ее темная струящаяся грива волнами вздымалась по обе стороны ее лица:

— Просто мантикора побеспокоила побережье, — объяснила Луна, вытягивая копыто в направлении востока. — Как только о моем присутствии стало известно, я смогла договориться с жителями. Пока не появился Карцинус. Он возник словно из ниоткуда. — Она приподняла бровь, выражая тем самым легкую степень раздражения. Учитывая стойкость Луны, это незначительное проявление говорило о том, что бедствие было хуже, чем о нем было рассказано.

Селестия замерла.

— Снова Карцинус? — спросила она, нахмурившись, рисуя в своем воображении этого зверя. Эта разновидность гигантских крабов размером как небольшие постройки бывала довольно темпераментной. Но вместе с этим они были очень мягкими и понимающими. Пони просто должны были знать, как говорить с ними, используя доброту.

— По-моему, за последнее время было слишком много волнений. Возможно, я вообще не поеду в Монакольт. Я просто отправлюсь в залив Подковы [отсылка к одноименному заливу в Западном Ванкувере, Канада] и…

— Сестра, нет. — Луна преградила Селестии путь к двери. Ее лицо стало непреклонным. — Ты должна сдержать обещание, данное герцогине Даймонд Вэйвз. Ты — единственная пони, которая может помочь ей, верно?

— Кажется, она верит в то, что студентам ее школы магии нужна моя помощь, — Селестия прикусила губу и задумалась. Ей приходилось сделать над собой усилие, чтобы отказаться от ответственности перед Эквестрией, покинув столицу, но еще больше усилий требовалось, чтобы оставить старого друга в час невзгод. Селестия кивнула:

— Ты права. Я должна ехать к ней. Если повезет, я верну студентов Монакольта на путь истинный за несколько восходов солнца.

Селестия снова скользнула на балкон, и Луна вскоре встала рядом с ней. Обе принцессы в благоговейном молчании наблюдали бурление пробуждающегося города. Пони Кантерлота только-только начинали заполнять вымощенные булыжником улицы.

По направлению к замку пробежала пара королевских стражей в золотистой броне, плюмажи из голубых перьев на шлемах подпрыгивали в такт их шагам. По ту сторону главной свой утренний обход площади совершал пони-молочник, оставляя стеклянные бутылки со сливками перед каждым кафе и усадьбой. Хихикая и поддразнивая друг друга, по другой стороне пробежала группа очень шумных жеребят. Селестия улыбнулась про себя, тайком наблюдая за ними. Ее юные студенты-единороги были такими живыми — яркими, как солнце, и просто искрились талантом. «Что могло быть не так со студентами в академии Даймонд Вэйвз?» — размышляла Селестия. Какова бы ни была причина, принцесса Селестия собиралась это выяснить. Она солгала бы, сказав, что приключение не заинтриговало ее.

Глава вторая. Принцессы Эквестрии

Принцесса Луна приподняла бровь, глядя на Селестию.

— Ты и в самом деле снова просишь меня об этом?

Голубая кобыла обошла вокруг своей сестры, размышляя о том, действительно ли ее родная сестра научилась ей доверять. По виду Селестии всегда с трудом можно было понять то, что она взволнована, но это не укрывалось от Луны. На данный момент золотой нагрудник Селестии сидел на ней слегка кривовато. В других отношениях Селестия была просто воплощением совершенства.

— Я знаю, что должна начать мое путешествие, ибо оно будет долгим, но я хочу быть абсолютно уверена, — ответила Селестия с сиденья колесницы. Ее рог засветился мягким розовым светом. Она подняла седельную сумку с изображением своей кьютимарки — золотого солнца — и поставила ее на сиденье рядом с собой. — Ты уверена, что сможешь править Кантерлотом самостоятельно? Даже учитывая ситуацию в заливе Подковы?

— Мне хотелось бы, чтобы ты больше доверяла мне, Селли.

— Я доверяю, просто…

Лицо Луны посерьезнело.

— Ну, хорошо, ты меня поймала. Я собираюсь превратиться в Найтмэр Мун сразу же, как только ты покинешь пределы страны!

Это был ее излюбленный способ действовать Селестии на нервы. После того как Луна отколола тот номер и была изгнана на луну, ее сестра очень болезненно реагировала на эту тему. Но сейчас для двух сестер все это осталось в прошлом. Селестия закатила глаза, а на лице Луны появилась хитрая ухмылка.

— Я просто дразню тебя, сестра. Я знаю, что ты беспокоишься за меня, когда я присматриваю за дневным временем суток. Поэтому я привела кое-кого очень компетентного, чтобы он помог в твоей школе и последил за Кантерлотом, пока я отдыхаю.

— Сюрприз! – фиолетовая аликорн с розовой кьютимаркой в форме звезды рысцой бежала к ним навстречу. – Принцесса Луна сказала, что Вам нужна небольшая помощь.

— Твайлайт Спаркл! – воскликнула Селестия, обнимая пони. – Какое удовольствие снова видеть тебя, моя преданная ученица. Надеюсь, эта просьба не причинит тебе слишком много неудобств.

— Вовсе нет, принцесса, — с улыбкой ответила Твайлайт. – Я не могу представить себе ничего более волнительного, чем присмотреть за вашим классом несколько дней.

Твайлайт продемонстрировала гигантский драндулет, набитый книгами:

— На самом деле я даже привезла с собой немного специального материала для чтения, я знаю, что он порадует ваших студентов! Не могу дождаться того момента, когда мы с ними будем обсуждать Теорию Крыльев. Ребята, вы уже проходили Трансформирующие Чары? Может быть, я начну со старого доброго эксперимента яблоко-в-апельсин.
Твайлайт засмеялась и прибавила:

— Я удостоверюсь, что в это время все классные лягушки будут находиться вне помещения. – Она подмигнула. Твайлайт однажды нечаянно по ошибке превратила несчастную лягушку в апельсин.

— Спасибо тебе, — усмехнулась Селестия. – Над чем бы ты ни решила работать, я знаю, что мои жеребята в надежных копытах. Но, Твайлайт?

— Да, принцесса? – оживилась Твайлайт, ее глаза широко раскрылись, а фиолетовые крылья распростерлись. Возбужденная своей предстоящей временной работой в академии, она была вся наэлектризована.

— Пожалуйста, убедись, что им вдобавок ко всему хотя бы немного весело, окей? Ради Стар Сверла, ведь уже почти летние каникулы, — Селестия дружески подтолкнула юного аликорна копытом. – Приятно провести время.

Луна хихикнула. Твайлайт сощурила глаза в замешательстве:

— Скорочтение всей Энциклопедии Эквестрии с последующим тестированием — разве это не весело?

Селестия засмеялась, похлопав свою верную ученицу по фиолетовой гриве.

— Без сомнения, ты известишь меня, когда это поймешь, Твайлайт.

— О-о-о-о! При помощи писем? – просияла Твайлайт Спаркл. – Прямо как раньше?

Мысли Селестии устремились к горе писем о дружбе от Твайлайт в одном из стенных шкафов в ее покоях.

— С другой стороны, отправляй мне письмо только в том случае, еслиэто будет необходимо – чтобы известить меня о новостях в королевстве. Вы вместе с принцессой Луной, хорошо?

Это должно было стать неплохим компромиссом и идеальным способом для Селестии избежать лишних волнений.

— И все? – лицо Твайлайт перекосилось. – Но что, если я узнаю о…

— Мы поступим так, как ты просишь, сестра, — перебила Луна, кивая. Она подмигнула сестре. Твайлайт до сих пор только училась сдерживать себя.

— Ни больше. Ни меньше. Мы тебе обещаем. Верно, принцесса Твайлайт?

— Конечно, – вздохнула Твайлайт, сражаясь со своей привычкой писать письма о дружбе.
Принцессы улыбнулись и помахали Селестии копытами:

– Приятной поездки!

– Я постараюсь, — торжественно кивнула Селестия. Она подумала об отчаянной просьбе своей подруги и поняла, что это будет далеко не беззаботный отпуск. Селестия направилась вниз по коридору упаковывать седельные сумки, уверяя себя, что с королевством во время ее отсутствия все будет в порядке. Она только обернулась поверх плеча на Твайлайт и Луну, чтобы убедиться, что до сих пор ничто не пошло не так.

Глава третья. Принцесса за границей

Несколькими часами и тысячей миль позже, несмотря на обеспокоенный тон письма подруги, принцесса Селестия начала испытывать нетерпение перед импровизированным визитом. Обучение еще одной группы студентов-единорогов обещало быть не слишком сложным. По сравнению с тем, с чем Селестия боролась в прошедшие месяцы, это будет абсолютно просто. Вдобавок к работе в ее собственной магической академии Селестии приходилось иметь дело с грозными врагами. Но, по крайней мере, возвращение принцессы Луны с луны и возвышение Твайлайт Спаркл и ее друзей помогло с меньшими потерями пережить такие события, как попытка Дискорда завладеть королевством, полномасштабная атака чейнджлингов и доставшееся с большим трудом спасение Кристальной империи от проклятия злого короля Сомбры. Так что все это определенно было только изощренной уловкой герцогини Даймонд Вэйвз, чтобы добиться приезда ее подруги. Да, решила Селестия, в далекой стране ее ожидала изрядная доза отдыха и возможность наверстать упущенное за чашкой чая.

— Мы почти прибыли! – крикнула Селестия своим компаньонам из королевской стражи. Те захлопали крыльями, поворачивая вправо и готовясь к снижению.

Принцесса Селестия удовлетворенно вздохнула и всмотрелась в лежащий внизу ландшафт. В течение последнего часа они летели над зеленой сельской местностью, испещренной округлыми холмами, которые перемежались старомодными маленькими деревеньками. Но истинной жемчужиной земель, окружающих Пранцию, было прибрежное государство Монакольт. И оно приближалось с каждой минутой. Селестия вдохнула знакомый сладкий запах выпечки из старомодных булочных, смешанный со свежим соленым запахом океана, и ощутила настоящее счастье.

Селестия задохнулась от благоговения, когда Монакольт открылся взгляду. Узнаваемый благодаря его богатым сооружениям, обшитым золотыми деталями, и пристаням с сотнями судов всех размеров, Монакольт был воплощением роскоши. Селестии всегда нравилось наблюдать, как корабли покачивались на воде, помахивая длинными мачтами, словно приветствуя ее. Колесница начала снижение сквозь облака, и Селестия принялась ломать голову над тем, почему она не навестила герцогиню Даймонд Вэйвз раньше. Она любила этот роскошный город у моря. Во время своего последнего визита сюда она задержалась на пляже небольшого залива, известного как бухта Единорог, любуясь тем, как волны разбиваются о песчаные утесы. Голубые капельки сверкали на теплом солнце, обдавая брызгами ее мордочку и гриву. Сегодня вода выглядела более спокойной.

— Вы хотели бы, чтобы мы снова приземлились на пляже, Ваше Высочество? – окликнул ее один из пегасов – королевских стражей. Его голубая грива шелестела на ветру, билась о края золотого шлема.

— Прямо перед школой, пожалуйста, — распорядилась принцесса Селестия, возвращаясь к первоочередной причине своего визита в Монакольт. – Я уже опаздываю. Уроки должны были начаться на днях, и герцогиня будет меня ждать. Она очень огорчается, когда все идет не по плану.

Селестия понаблюдала, как бухта Единорог пропадает позади, и почувствовала оседающее на дне ее желудка болезненное ощущение.

— Возможно, завтра я туда загляну, — добавила она в качестве обещания самой себе.

— Как пожелаете, — королевские стражи спланировали над городом и наконец коснулись копытами земли. Обыкновенно стойкие, жеребцы не смогли удержаться от усмешки при виде своего прекрасного окружения. Глиммеринг Шилд, главный пони, толкнул локтем своего партнера по имени Голден Флайт и указал копытом на ряд ярко освещенных зданий по ту сторону главной площади. Мигающие голубые и оранжевые лампочки обещали КАРТОЧНЫЕ ИГРЫ И СИДР и ЯБЛОЧНЫЕ УГОЩЕНИЯ И ОШЕЛОМИТЕЛЬНЫЕ УВЕСЕЛЕНИЯ. Стражи всегда спорили о том, кому из них достанется сопровождать Селестию в заграничных поездках. Монакольт был тем местом, посетить которое хотели все. Эти двое выиграли командировочный джек-пот. И они это знали.

— Джентльпони? – Селестия приподняла бровь, глядя на двух зачарованных жеребцов.

— О! Наши извинения, Ваше Высочество! – стражи моментально вытянулись по стойке «смирно» и прочистили глотки, низко поклонившись принцессе. – Поприветствуйте Ее Высокое Королевское Высочество – преееееедставляем принцессу Селестию Кантерлотскую! Защитницу священного солнца и всего, чего только касается его золотой луч во все времена, и…

— Достаточно, Глиммеринг Шилд, — засмеялась Селестия. С того самого мгновения, как колесница опустилась на сверкающую булыжную мостовую, Селестия страстно хотела покинуть ее и раскрыть крылья. Но она успела ступить на землю только одним копытом, когда услышала знакомый голос.

— Селли! – воскликнула герцогиня Даймонд Вэйвз, высокая, стройная кобыла-единорог, выбегая из парадной двери здания школы с приветственной улыбкой на милом лимонно-желтом лице. Вместо короны она носила на лбу золотой обруч. – Не обманывают ли меня мои глаза? Это действительно ты? Или это какой-нибудь чейнджлинг, посланный, чтобы сыграть шутку надо мной?!

Принцесса Селестия состроила лицо питающегося любовью вампира, точь-в-точь как у королевы Кризалис, и для пущего эффекта при помощи магии отрастила фальшивые клыки. Герцогиня задохнулась от притворного ужаса. Две пони засмеялись и обнялись. Казалось, что они никогда не расставались. Настоящие друзья всегда возобновляли знакомство с того, на чем попрощались. Принцесса Селестия положила копыто на спину Даймонд Вэйвз:

— Кажется, словно минула тысяча лун!

— Только четырнадцать, но кто их считает? – поддразнила герцогиня. – На самом деле, я считала.

— Слишком долго, — покачала головой принцесса Селестия. – Но сейчас я здесь, и я очень рада видеть тебя, мой дорогой друг.

— А я – тебя. Но… — герцогиня спала с лица, и ее голос задрожал:

— Но это значит еще больше, потому что… потому что на всем свете больше нет ни одного пони, к которому я могла бы сейчас обратиться.

Герцогиня Даймонд Вэйвз посмотрела на землю, и локоны ее гривы, синие, цвета океана, водопадом хлынули на камни. Они были не такими сияющими, какими их помнила Селестия, а ее хвост различных оттенков светло-голубого не был уложен идеальными волнами. Вдобавок ко всему, не потускнела ли ее кьютимарка в виде сверкающей голубой морской ракушки? Даймонд Вэйвз сама на себя не была похожа. Она выглядела уставшей.

— С тобой все в порядке, Даймонд? – спросила Селестия своим самым мягким тоном. – Ты выглядишь… такой другой…

— Ты заметила, что моя грива не искрится? – герцогиня пригладила гриву и тяжело вздохнула, казалось, что на изящных плечах единорожки можно было разглядеть тяжесть всех ее переживаний. – Собственно, с некоторых пор так оно и есть. Но давай поговорим не о гривах; давай вернемся к делу – к школе.

Селестия обеспокоенно нахмурилась:

— В чем же дело?

Герцогиня автоматически покачала головой, теряясь в мыслях:

Ни один из моих студентов не готов к тому, что им предстоит…

— Удивительно, что они у тебя вообще сидят здесь летом! – поддразнила Селестия. — Мои студенты в Кантерлоте уже заканчивают учебу.

Она осмотрелась, отметив для себя прекрасную погоду и осознавая, что единственным, чего здесь не хватает, была кучка наслаждающихся ею молодых пони. Они, должно быть, находились внизу на пляже, плескаясь в волнах и собирая ракушки, играя в прятки в гротах. Занимаясь чем угодно, только не учебой.

— У меня не было выбора. Я вынуждена была задержать их здесь, потому что они не сдали экзамен. Это первая луна в истории Монакольта, когда подобное вообще произошло, — простонала Даймонд Вэйвз. – Моему отцу, будь он до сих пор здесь, было бы так стыдно. Вот почему ты нужна мне, Селли.

— Не отчаивайся, Ди, — Селестия посмотрела в прохладные голубые глаза Даймонд и улыбнулась. – Что бы ни творилось здесь, в твоей академии, ему не устоять против нас с тобой. Так же, как и прежде, — Селестия опустила рог и выбросила по направлению к герцогине мягкое сияние голубой мерцающей магии. Оно окутало желтую пони и приподняло ее дух настолько, что та нашла в себе силы улыбнуться подруге в ответ, намекая на вновь обретенное доверие. И это продолжалось бы дольше, если бы не душераздирающий крик, раздавшийся в школе двумя секундами позже.

Глава четвертая. Вышколенные единороги

Селестия и Даймонд Вэйвз пробежали под золоченой арочной табличкой, гласившей «АКАДЕМИЯ МАГИИ МОНАКОЛЬТА», ворвались в двери и галопом влетели в главный атриум школы. Селестия, собрав все оставшиеся после целого дня поездки силы, приготовилась к атаке, дабы защитить эту землю от смертельной опасности. Она не могла поверить, что это произошло как раз перед тем, как она только получила возможность присесть и насладиться монакольтским яблочным криспом! [Яблочный крисп — это яблочный десерт, где снизу — начинка (яблоки), а сверху — хрустящая корочка (рассыпчатое тесто с орехами)]

— Стой! – крикнула Селестия в пустоту. Ее прекрасные грива и хвост развевались позади нее, а сама она исследовала похожий на грот главный вход на предмет грозного чудовища. – Да будет тебе известно, что всякое создание, угрожающее подданным Монакольта, будет держать ответ передо мной – принцессой Селестией! – прокричала она. Селестия практически не осознавала, что говорит, а ее слова больше напоминали тон принцессы Луны, превратившейся в Натмэр Мун, чем нежную мелодию ее собственного голоса. Но юный пони был в опасности. Где находился несчастный студент, подавший этим криком сигнал тревоги? Оставалось надеяться, что он был невредим и прятался где-то в ожидании спасения. Селестия быстро осмотрела помещение. Герцогиня исчезла.

— Ииииииии! – раздался еще один вопль, эхом отражаясь в пустом школьном коридоре. Селестия обернулась, но там никого не было. Мог ли Дискорд последовать за Селестией сюда, чтобы разыграть ее? Она вызвала в памяти то время, когда гадкий драконикус намазался чем-то под названием «Невидимазь» и преследовал ее целую неделю, шепотом повторяя все ее слова, стоило только ей произнести их, с единственной целью повеселиться. В то время Селестии казалось, что она сходит с ума. Сейчас же все это едва ли было шуткой.
Крик внезапно прекратился, за ним последовал звук шагов и приглушенный голос Даймонд Вэйвз.

— Итак, какой же ты извлек из этого урок? – прошипела она. Селестия пошла на звуки и обнаружила, что это был никакой не монстр, а крошечный голубой единорог. Он с виноватым видом стоял рядом с ее подругой.

— Мне очень жаль, я просто хотел перекусить. У меня в животе забурчало, и я не мог больше думать, и я…

Жеребенок переминался с копыта на копыто, глядя на директрису школы снизу вверх. Его взгляд метался вверх-вниз, он смотрел то на кобылу, то на пол.
– Я, эм, понял, что нельзя покидать класс без ув-ув-увольнительной записки. Иначе будешь атакован заклинанием ложного паука.

Даймонд Вэйвз наклонилась к жеребенку.

— Повтори это снова, теми же словами, как говорила я, Рэйни Эйр, — сказала герцогиня сквозь стиснутые зубы.

— Д-д-да, директриса Вэйвз, — кивнул Рэйни Эйр в знак того, что он все понял. – Я не должен без разрешения покидать класс, ибо пони, который без разрешения покидает класс, экзамены не сдаст.

— Хороший жеребенок, — сказала Даймонд Вэйвз, выпрямляясь снова. Она одарила его слабой улыбкой. – От всех вас я требую сосредоточенности. Только серьезным и одаренным единорогам будет разрешено остаться в моей академии. Находиться здесь — это честь и привилегия. Ты понял?

— Да, директриса, — ответил Рэйни Эйр. Он наморщил нос. – Просто мы закончили читать о том, как бороться против мантикор, как вы нам велели, и я подумал, что у меня есть время, чтобы…

— Тогда читайте следующий раздел, — парировала Даймонд Вэйвз. – Скажи остальным, чтобы делали то же самое. Я занята, сопровождая нашего приглашенного учителя, принцессу Селестию, и мне необходимо, чтобы, когда мы доберемся до класса, вы все были готовы приложить все усилия, демонстрируя атакующие чары.

— Да, директриса, — кивнул Рэйни Эйр. – Я сделаю это и…

— Привет, малыш, — окликнула принцесса Селестия, выступая из тени. Она кивнула паре в знак приветствия.

— Селестия! – герцогиня Даймонд Вэйвз просияла, словно повернули выключатель. Она хихикнула:

— Совершенно не о чем было волноваться. Рэйни Эйр просто немного испугался.

— Рэйни Эйр, так ведь? – Селестия улыбнулась юному пони и наклонилась. – Кажется, ты будешь не прочь перекусить.

Магическое сияние вихрем закрутилось вокруг ее рога и образовало красивое красное яблоко. Селестия протянула его жеребенку, глаза которого горели изумлением. Поверхность яблока была такой блестящей, что на его боку дрожало отражение жеребенка. Принцесса кивнула студенту:

— Приятно с тобой познакомиться. Я принцесса Селестия из Кантерлота.

— Вау, — изумился Рэйни Эйр. – Это было так круто! Спасибо.

Он вгрызся в хрустящий фрукт и улыбнулся в ответ.

– Вот заклинание, которое мы должны выучить, Директриса Вэйвз! – крикнул он перед тем, как припустить обратно вниз по коридору и нырнуть в открытую дверь классной комнаты.

— Ох уж эти жеребята, — сокрушенно покачала головой герцогиня Даймонд Вэйвз. Она подбежала к арочному окну и выглянула на улицу. – Видишь? Они просто не понимают, что все нужно воспринимать всерьез. В таком случае ни один из них не сдаст экзамены.

— Экзамены очень важны, это правда, но ты не должна так сильно волноваться, — предложила принцесса Селестия. – В погоне за знаниями все может быть выучено только в том случае, если ты посвящаешь урокам достаточно времени. Терпение.

— Мне хотелось бы быть терпеливой… но я не могу. Может быть, ты поймешь, когда увидишь это, — герцогиня сделала Селестии знак следовать за ней, и две пони направились в сердце школы. С негромким цоканьем копыт по мраморному полу они миновали коридор за коридором, до тех пор, пока не достигли Главного Зала. Селестия обратила внимание на вычурные штандарты с королевскими кьюти-марками Монакольта всех цветов радуги на них, которыми были украшены деревянные стены школы. В вышину они достигали сводчатых балок потолка, постоянно напоминая студентам-единорогам об истории, что привела их сюда. Монета, морская звезда, корона, дождевое облако, замок из песка и морская ракушка.

Селестия почтительно поклонилась штандартам. Это были ее великие союзники на протяжении всей истории Эквестрии.

— От имени Единорогов, Пегасов и Земных пони – я приветствую вас.

— Селли, смотри! – прервала Даймонд Вэйвз, указывая на огромные песочные часы. – Время – это единственное, чего у нас нет.

Выкованные из серебра и наполненные золотым песком часы стояли на мраморной колонне. Песчинки, завиваясь спиралями и тонкими витками, падали в нижнюю стеклянную камеру. Это были незаурядные часы.

— Пески Времени? – задохнулась Селестия. Она указала копытом на песочные часы. – Я не знала, что они здесь.

Аликорн изумилась тому, как сиял на них чудесный солнечный свет, пробивавшийся через световой люк в потолке.

— В последний раз я слышала о них больше чем пять сотен лун назад. Я думала, они были уничтожены.

Герцогиня Даймонд Вэйвз вздохнула:

— К счастью, нет.

Очарованная красотой часов, Селестия наблюдала, как падает песок.

— Король Наутилус, должно быть, гордился тобой за то, что ты продолжаешь его традиции образовательного мастерства, раз позволил тебе держать здесь Пески Времени.

— Да, — кивнула герцогиня Даймонд Вэйвз. – По сути, то была единственная причина, по которой мой отец хотел, чтобы я открыла школу – и я знала это. Вот почему настал такой кризис, ведь, — герцогиня Даймонд Вэйвз подавила всхлип, — обучение этих юных единорогов обернулась провалом. Я не хочу обманывать его ожидания и подвергать Монакольт опасности!

— Каким образом ты подвергаешь Монакольт опасности? – Селестия вновь подняла глаза на часы, изучая их. Но никакой угрожающей энергии, окутывающей Пески Времени, она не увидела. Только великолепную скульптуру, выполненную из металла и стекла, и покрытую сценами истории Монакольта. Там были изображения звезд, рассыпанных на песчаной береговой линии, волны, разбивающиеся о скалы, и пони этого края, в благоговении замершие перед всем этим.

— Песок почти весь вышел, — сказала Даймонд Вэйвз, указывая на вращающийся песок. Она приблизилась к Селестии с расширенными ужасом глазами, понижая голос до шепота. — Говорят, что, когда он закончится, пони Монакольта должны будут защищать границы от величайшего вторжения чудовищ.

Селестия нахмурилась:

— Сколько лун живу, но не слышала этой легенды. Я считала, что Пески Времени — не более чем магический объект, хранящий в себе дни календаря. Почему ты никогда не говорила об этой угрозе, герцогиня?

Даймонд Вэйвз принялась нервно расхаживать взад-вперед.

— Я думала, что у нас есть еще, по крайней мере, один Круг Комет перед этим событием… так говорят пони в Северной Пранции. Но я ошиблась. Я думала, что у нас есть еще время на то, чтобы убедить этих юнцов в том, что они обязаны учиться. Потому что исполнить эту судьбу, защитив нас, могут лишь дочери и сыновья этой земли.

Даймонд Вэйвз указала на Главный Холл, вдоль которого тянулись двери классов.

– Слава богу, ты здесь, чтобы все исправить, Селестия. Ты – моя единственная надежда.

Селестия еще раз посмотрела вверх на часы и перевела взгляд обратно, на паническое выражение на лице подруги:

— Я сделаю все, что смогу.

— Спасибо за понимание. Мне нужно, чтобы каждый студент сдал экзамен по чарам защиты против монстров на следующей попытке. Если нет, я… я пропала. – Лицо Даймонд стало непреклонным. – Как педагог и как защитник Монакольта.

Селестия и Даймонд посмотрели вверх, на последний в ряду штандарт. Он был того же самого цвета, что и прекрасная грива Даймонд Вэйвз, а вышитая на нем эмблема морской ракушки была тем же знаком, что украшала бок герцогини. Она была избрана судьбой и полна решимости защитить эти земли, неважно от чего. Так же, как и Селестия.

Глава пятая. Урок Веселья

На следующее утро принцесса Селестия, стоя перед классом, чувствовала себя довольно неловко. Она не знала, почему студенты так ее боятся, но вот они – двенадцать единорогов, уставились на нее с выражением полнейшего ужаса. Никто из них не переговаривался и не хихикал, как ее студенты в Кантерлоте каждый день перед началом занятий. Вчера вечером, инструктируя Селестию перед своим отъездом на север, герцогиня Даймонд Вэйвз вновь заявила, что ее студентам недоставало сосредоточенности. Это было похоже на ложное суждение, так что Селестия не была уверена, можно ли верить предоставленной подругой куче оценок. Настало время для эксперимента.

— Доброе утро, жеребята! – прощебетала Селестия, надеясь при помощи своей солнечной улыбки вызвать ответную реакцию. Но никто даже глазом не моргнул. Они были как каменные статуи в Кантерлотском саду.

— Меня зовут принцесса Селестия, — продолжала она. Используя магию, она мелом написала на доске свое имя. – Я старый друг директрисы Даймонд Вэйвз. И я здесь, чтобы помочь вам справиться с некоторыми заклинаниями, пока она уехала в Северную Пранцию. Давайте начнем с чего-нибудь простого? – Селестия принялась было расхаживать вперед-назад, но передумала. Она не хотела пугать этих маленьких пони. Она остановилась и села, замерев в неподвижности, как и они. Она сняла свою золотую корону и положила ее на стол, демонстрируя, что ее можно воспринимать, как равную. – Пони-будь знает, кто такие Вендиго?

Пурпурная единорожка с кудрявой гривой в первом ряду подняла копыто. Селестия посмотрела на посадочный лист:

— Привет, дорогая. Ты случайно не Амброзия Бриз?

— Да, принцесса, — кивнула Амброзия Бриз, продолжая смотреть на парту. Она принялась автоматически говорить:

— Вендиго – это – злой – дух – который-питается-войнами-и-ненавистью-но-может-быть-побежден-«огнем любви»-таким-как-огонь-дружбы-или-огонь-заботы.

— Превосходно! Это абсолютно правильно, — засмеялась Селестия, от удовольствия сощурив свои миндалевидные глаза.- Ты такая же умная, как сама Премудрая Кловер!

Амброзия, не веря, моргнула зелеными оленьими глазами и посмотрела на остальных своих одноклассников, которые, казалось, были так же изумлены реакцией Селестии, как и она сама. Принцесса, однако, не заметила их удивления.

— А теперь… — продолжила Селестия, входя в свою обычную учительскую роль. В ней она чувствовала себя комфортно, неважно, находилась ли она дома, в своей собственной школе, или руководила своей преданной ученицей Твайлайт Спаркл. – Знает ли пони-будь, какие еще создания могут быть укрощены при помощи Огня Дружбы?

Пять пони незамедлительно подняли копыта высоко в воздух.

— Ух ты! – воскликнула Селестия, рассматривая копыта. – Расскажите нам об этом… мистер Сэнди Шор?

— Мантикоры и гидры, — ответил высоконогий жеребенок с белой гривой, осмелившись слегка улыбнуться. – По большей части, — добавил он на тот случай, если ошибся. – Вероятно, есть и другие.

— Отлично! – усмехнулась Селестия. Она обвела комнату взглядом и кивнула:

— Должна сказать, что вы все подготовлены гораздо лучше, чем считает ваша директриса. Я ожидала того, что придется начать с нуля, но вы совершенно определенно выполнили ваше домашнее задание.

Она прошла вниз по проходу между партами и заметила, что у каждого студента на вершине высокой стопки книг лежит исписанный тугой свиток. Она при помощи магии подняла такой с парты Рэйни Эйра:

— Что это, Рэйни Эйр?

— Это наши эссе, мисс принцесса, — пискнула бледно-лавандовая кобылка с прямой зеленовато-голубой гривой. Она подавила зевок. – По защитным чарам. Мы пишем их каждую ночь, чтобы подготовиться к тесту Мэйбриджа.

— Мэйбриджа? – повторила Селестия. Она никогда не слышала о таком. Единственный экзамен в ее школе назывался Единорожьим Выпускным экзаменом.

Лавандовая кобылка сделала Селестии знак наклониться пониже и сказала тихо:

— Мэйбридж — это старый жеребец, который победил в битве за Монакольт много лет назад. Директриса одержима им, поэтому мы вечно изучаем его деяния и пишем о том, как он боролся с чудовищами. Наш большой экзамен основан на подвигах, которые он совершил.

— Флора! Шшшшш! – призвал желтый жеребенок с колючей зеленой гривой. – Из-за тебя мы попадем в беду. Мы ни одному пони не должны об этом рассказывать! Это главный секрет академии.

— Все отлично, Лемон Сквэр. Это наша новая учительница, верно? В конце концов она узнает… — сказал Рэйни Эйр. Он мечтательно посмотрел на Селестию, любуясь тем, как непрерывно струятся, сверкая в дневном свете, ее грива и хвост. Он размышлял о том, как ей это удается, и решил спросить ее, но передумал.

Амброзия Бриз подняла свои исписанные свитки.

— Мы должны были писать по эссе каждую ночь этой луны, так как директриса Даймонд Вэйвз получила все эти неукоснительные, и скучные, и ужасные… — она закрыла рот. – Уууупс. Пожалуйста, не говорите ей, что я это сказала!

Лемон Сквэр послал Амброзии понимающий взгляд и закатил глаза. Амброзия нахмурилась и тяжело села на место.

Но она была не единственной пони, которая выглядела раздражительной и уставшей. Студенты по всей классной комнате сидели, уложив головы на парты, борясь со сном, стараясь продолжать бодрствовать после долгой ночи, проведенной над домашними заданиями. Селестия вспомнила, что, будучи моложе, Даймонд Вэйвз была склонна увлекаться, доводя до конца свои задания, точно так же, как и вполне конкретный молодой фиолетовый аликорн. Но против этого имелось идеальное лекарство.

Принцесса Селестия подмигнула Амброзии.
— Не беспокойтесь, класс. Продолжайте отдыхать, если вам это нужно. Только дайте мне знать. Вы можете рассказывать мне все, что угодно. Все, что происходит в этой комнате, останется только между нами, студентами.

— Но вы не студентка… — застенчиво прошептала Флора, оглядываясь на своих одноклассников. – Вы…. Принцесса.

— Разумеется, я студентка! – ответила Селестия. – Пони никогда не перестают учиться, и неважно, сколько им лет или являются ли они королевскими особами. Например, я только что научилась у вас кое-чему.

— Вы научились? – спросил Рэйни Эйр, от любопытства подавшись вперед. – Круто! Я имел в виду… и чему же?

— Тому, что вы, студенты, отчаянно нуждаетесь в величайшей силе из всех, — Селестия тоже наклонилась и встретилась с ним глазами. – Силе веселья!
Это слово заставило всех задохнуться от ужаса. Им определенно предстояло пройти долгий путь.

Глава шестая. Ключ к магии

Селестия усмехнулась и с помощью магии вытерла доску, испещренную изображениями огромных животных, картами Монакольта и тактическими заклинаниями. На их месте она изобразила связку воздушных шариков, которой могла бы гордиться сама Пинки Пай. Затем она нарисовала несколько улыбающихся рожиц. По крайней мере, это было только начало.

— Веселья? – шептали студенты друг другу. – Но это же время для учебы! Директриса так разозлится, если мы будем веселиться.

— Кто может рассказать мне о вещах, заниматься которыми весело? – осведомилась Селестия, не обращая внимания на протесты и продолжая при помощи своей магии расправляться со всем, что выглядело серьезным или скучным. Шшшурх. Кипа плакатов, демонстрирующих надлежащую позу для выполнения заклинания, вылетела в окно. Шшшух. Транспарант, гласивший УЧЕБА – ЭТО КЛЮЧ К МАГИИ, сложился, превратившись в букет бумажных цветов, и приземлился на учительский стол.

— О-о-о! Я знаю! – поднял копыто Сэнди Шор. – Весело – это когда я заканчиваю мое эссе, а моя мама говорит, чтобы я почистил зубы перед сном!

— Да! – согласилась розовая кобылка с прямой гривой. – Мне тоже это нравится. Танцующие во рту мятные пузырьки – это круто.

— Хммм…. – Селестия склонила голову набок. – Думаю, заботиться о себе приятно, да. Но что еще делает вас счастливыми?

— Мне нравятся капли дождя на розах, — сказал Рэйни Эйр, привычно пожав плечами. – Но это скорее любимая вещь, чем веселая.

— Уже немного лучше,- приободрила Селестия. – Но подумайте о большем. Как насчет… бегать галопом по пляжу наперегонки, с ветром, запутавшимся в гриве, или петь песни у костра вместе с друзьями?

Класс задумался. Несколько юных единорогов выглядели так, словно пытались вспомнить, что такое костер. А возможно, они вообще не знали, что такое костер.

— Мне нравится, как все это звучит в теории… — пискнула Флора. Ее и без того большие глаза стали еще больше. – Но что, если ты займешься этим, а потом у тебя будут неприятности, потому что ты не делал вместо этого домашнюю работу?

Студенты кивнули в знак согласия. Все было еще хуже, чем думала Селестия. Ей нужно было что-нибудь такое, что действительно могло зажечь огонь в сердцах этих студентов, позволить им расслабиться. Должен был быть другой способ поговорить с этими студентами на их языке.

— Всепони, я хотела бы, чтобы вы разбились на пары, прихватив ваши эссе. Вы будете практиковаться в заклинании огня дружбы.

— Мы? – пони разразились шквалом шепота. – Это очень сложное заклинание! Его вообще никто никогда не выполнял!

— Я попробую, — Амброзия Бриз подбежала и села рядом с Флорой, при помощи магии передавая ей эссе. Сэнди Шор и Рэйни Эйр также встали в пару. Вскоре весь класс разбился на пары. Они снизу вверх смотрели на Селестию, с жадностью ожидая новых инструкций.

— О-о-о! Мы будем читать работы друг друга и первыми критиковать их?! – выкрикнула Амброзия Бриз. — Потому что мы уже делали это много раз и здорово в этом поднаторели, знаете ли, — Амброзия ухмыльнулась и добавила:

— Между прочим, это единственный случай, когда мы можем говорить, не поднимая предварительно копыто, это потрясающе. Такая свобода. – Амброзия прижала копыто ко рту. – Не говорите директрисе, что я это сказала.

— Нет, Амброзия. Мы не собираемся читать эссе. На этот раз мы займемся чем-то немного другим. – Селестия подошла к Амброзии и Флоре и нагнулась, чтобы встретиться с ними лицом к лицу. – Я хочу, чтобы вы обе порвали работы друг друга.

Кто-то в дальнем конце класса уронил книгу. Принцесса Селестия засмеялась над их шокированными лицами.

— Что?! – крикнули, не веря, две пони. – Но у нас будут такие неприятности!

На противоположной стороне класса застыли от шока Сэнди и Рэйни. Рэйни прижал свое эссе к груди, словно защищая его.

— И мы так старательно трудились!

— Звучит рискованно… — кивнула Селестия с хитрым видом. – Но интересно, ведь так?

Никто не знал, каков будет правильный ответ. Это уловка? Или тест, придуманный герцогиней Даймонд Вэйвз с целью узнать, поддадутся ли они такому искушению?

— Да! – наконец сказала Флора, намного громче, чем когда-либо за всю свою жизнь. Она больше не пищала. Это заставило всех немного подпрыгнуть, а Амброзия Бриз послала партнерше обиженный взгляд.

— Я имею в виду, это звучит своего рода по-другому и технически… эмм… для учебных целей и… ох, неважно, — прошептала Флора, снова становясь собой.

— Ну, а я попробую, я ничего не боюсь, — Амброзия Бриз схватила эссе Флоры и, используя магию, разорвала его на мелкие кусочки. Шур, шур, шур. Они падали на пол, образуя печальную кучку. У Флоры отвисла челюсть. Она бросилась вперед и копытом выхватила из воздуха свиток Амброзии. Безо всякой жалости она проделала то же самое, пока оба эссе не легли между ними одной кучей. Класс притих.

— Вся работа пропала… — сказала Амброзия Бриз, нарушая молчание. Она с ужасом посмотрела вниз на кучку бумаги. Все наклонились, опасаясь совершить малейшее движение. Через несколько мгновений Флора начала хихикать. Амброзия не удержалась и присоединилась к ней. Затем хихиканье превратилось в полномасштабный смех. Вскоре весь класс, смеясь, рвал свитки друг друга. Настоящий взрыв конфетти из эссе.

И, как только свитки были уничтожены, от них один за другим начали подниматься маленькие голубые огоньки. Селестия улыбнулась классу:

— Видите, студенты? Вы это сделали! Горит Огонь Дружбы!

— Но каким образом мы наконец смогли завершить заклинание? – спросил Рэйни Эйр, глазея на маленькие голубые в форме сердечка огоньки, подымающиеся от остатков его домашней работы. – Мы пытались выполнить его целую вечность.

— Потому что оно может произойти только из отваги двух пони, предлагающих друг другу дружбу, невзирая на личные жертвы, — объяснила Селестия. – Вы все объединились, несмотря на то, что вам было, что терять.

На лицах студентов стали медленно появляться улыбки, и классная комната начала согреваться, словно забрезжил новый рассвет. И было это не из-за огня.

3 комментария

Комментировать

Спам-фильтр:WordPress CAPTCHA